навигация
Главная
О нас
Правление
Президиум Правления
Наш фотоархив (мероприятия, праздники)
Наша газета
Страница Юрия Исламова
Книга памяти (Свердл. обл.)
Мемориальная доска 40-й Армии
Афганский мемориал Погранвойск
Семьи погибших
Памятники и мемориалы
Музей "Шурави"
Творчество ветеранов
Культурный центр "Солдаты России"
Воины Отечества
Видео архив
Новые книги
Справочник - Меры социальной поддержки


Патриотическое радио ОТЧИЗНА

70 лет Великой Победы

 Министерство обороны Российской Федерации
(Минобороны России)

Екатеринбургское суворовское военное училище          Министерства обороны Российской Федерации

Вшивцев Владимир Сергеевич

Свердловский региональный Совет сторонников партии “ЕДИНАЯ РОССИЯ»

поиск

МБУ "Музей памяти воинов-тагильчан, погибших в локальных войнах планеты"

Фонд
"Вечная память"
(г. Москва)

Свердловчане,
не получившие награды

С Днем Рождения побратимы!

Встречи однополчан

Помяните нас живые!

Нижнетагильский центр социального обслуживания ветеранов боевых действий и членов их семей








В АФГАНИСТАНЕ ОФИЦЕР АЛЕКСАНДР ШАГАРОВ, ВОЗГЛАВЛЯЯ КОЛОННЫ С ГСМ, НЕ ПОТЕРЯЛ НИ ОДНОГО БОЙЦА

Утречком 13 февраля 1989 I да, после ночлега в Тургунди, наша колонна, украшенная знаменами, двинулась на север - домой. Ощущение от пересечения границы? Радость! Что вышел живой, что все позади... За рулем I бензовоза, в котором я ехал, был
солдат-туркмен. Местные жители дали ему лепешку. Он разломил ее по-братски. Едем, жуем, смеемся, - вспоминает полковник запаса Александр Шагаров, служивший начальником службы горючего 101-го мотострелкового полка, который дислоцировался под Гератом. Этот полк, как и вся 5-я гвардейская мотострелковая дивизия, обеспечивал вывод войск по западному направлению, на Кушку.

В конце 1986 года правящая Народно-демократическая партия Афганистана (НДПА) официально провозгласила курс на национальное примирение и прекращение братоубийственной войны. В этой обстановке советские войска пытались прекратить активные боевые действия, а заниматься только службой прикрытия, охраной коммуникаций, проведением спецпропагандистских мероприятий. На практике частям 40-й армии по просьбе афганского руководства приходилось участвовать в операциях против непримиримой оппозиции. Так продолжалось до тех пор, пока 14 апреля 1988 года при посредничестве ООН Женевские переговоры не завершились подписанием соглашения между Афганистаном и Пакистаном. Гарантом их выполнения стали СССР и США. В соответствии с договоренностями СССР
взял обязательство вывести свои войска из Афганистана в девятимесячный срок, начиная с 15 мая 1988 года.

Такова была политическая обстановка того времени. Но на служебных обязанностях старшего лейтенанта Шагарова все это не очень-то и отразилось. Ведь даже в условиях минно-позиционной войны боевую технику, электростанции надо было ежедневно обеспечивать бензином и соляркой, личный состав кормить, одевать, доставлять различное военное имущество, боеприпасы.

Как известно, от Тургунди до Шинданда (там находился аэродром) были проложены две нитки трубопровода, по которым качали керосин и дизтопливо. Кроме того, были сформированы специальные колонны, которые возили «горючку». Тем не менее воинские части, стоявшие недалеко от нашей границы, должны были самостоятельно восполнять повседневные потребности в материально-техническом обеспечении.

Вот почему через день, а то и каждый день формировалась колонна из бензовозов, топливозаправщиков, бортовой техники, водовозки, полевой кухни, автотягача, технического замыкания. Всего сотня, а то и больше сотни единиц автотехники. Бывало, что к автоколонне примыкала техника стоявшего по соседству 12-го полка. Командир части издавал приказ, в котором оговаривалось все: порядок построения, местоположение сопровождающих колонну бронетранспортеров, сигналы оповещения, действия в случае подрыва, обстрела.
В путь выезжали рано утром, после того, как по маршруту проследуют полковые саперы, дававшие окончательное добро на выезд из пункта дислокации.

Как правило, к обеду приезжали на перевалочную базу в Тургун-ди. Если удавалось быстро оформить документы и загрузиться, то
сразу же отправлялись в обратный путь, чтобы к вечерней поверке успеть в часть. Но чаще загрузка затягивалась, и приходилось ночевать «в отстойнике», выставив боевое охранение из тех же водителей, кому утром снова за руль А наутро - вновь трястись по «стиральной доске» - разбитой временем и колесами единственной бетонке.

О своих подчиненных Александр Викторович вспоминает с особой теплотой: «В часть возвращались часов в девять-десять вечера. И надо было сразу же разгрузиться, слить топливо, обслужить технику, заправить баки, чтобы рано утром (подъем в три-четыре часа) быть готовым к новому выезду. А бывало, притащим машину с поломкой, и за ночь ремонтники с водителем возвращают ее в строй. При этом 130-километровый маршрут был не только сложным (надо было преодолеть горный перевал), но и опасным, поскольку случались обстрелы, подрывы. А еще изматывала жара и взбитая сотнями пар колес пыль. И мои ребята все это выдерживали».

В критических ситуациях, во время нападения на колонну, БТРы сопровождения занимали боевые позиции и вели интенсивный огонь по «духам», а задача остальных водителей - педаль газа жать до отказа, чтобы быстрее преодолеть зону обстрела. Если заглох или горел впереди идущий бензовоз, загородив собой дорогу, то его сталкивали на обочину, чтобы остальные могли проскочить.

Что и говорить, бензовозы, топливозаправщики уязвимы для мин, фугасов, обстрела. Поэтому практиковалась масса самодельных ухищрений, чтобы уменьшить вероятность попадания зажигательных пуль, вероятность возгорания. К примеру, боковины топливозаправщиков, где обычно возят рукава, заполняли мешками или ящиками из-под патронов с песком. Верх цистерны, где у бензовоза горловина, тоже загораживали ящиками с песком.

Большинство курьезов было связано с проездом через Герат. Двигались по главной улице, как правило, на пониженных передачах: следовало уважать других, в том числе четвероногих вьючных участников дорожного движения. При этом любопытные «бачата» могли запросто свернуть, ухватить, стащить любое навесное оборудование. У топливозаправщика внизу есть сливная горловина. Так вот, был случай, когда на ходу открутили вентиль и «горюч-ка» потекла на дорогу. Со всех сторон к машине бросились местные жители с баночками, бутылками. Чтобы такого не повторялось впредь, вентиля заранее снимали и на горловины ставили заглушки.

В другой раз колонна медленно ехала по прямой улице. Жара, как в сауне. Боковые стекла опущены, солдаты с голым торсом. Вдруг на ступеньку одной из машин заскакивает пацаненок, хватает хэбэшку водителя - и бежать. Солдат, не долго думая, - за ним. Ведь в форменной куртке военный билет, права. Догнал сорванца, выхватил куртку и бегом в кабину. Машина тем временем как ехала в колонне, так и продолжала ехать.

Другое дело - движение по перевалу. С одной стороны крутая скала, с другой - обрыв и рельеф -подъемы да спуски. И жара такая, что охлаждающая жидкость закипала. Техника не выдерживала. На одном из МАЗов отказали тормоза. Дорога под уклон, скорость нарастает. Под колесо попал камень и машина - на бок в сторону пропасти. Тот МАЗ, надо сказать, был, что называется, видавший виды. Дверь кабины давно не закрывалась на защелку, и водитель приспособил для этого крючок из проволоки, как на калитке в деревенском заборе. Во время «кувырка» крючок отскочил, дверь распахнулась, и водитель, за ним автомат солдата оказались на земле, на краю обрыва, а машина, продолжив кувыркаться, улетела в пропасть.

- Даже фамилию того солдата запомнил - Рыбников, как у знаменитого советского актера, - рассказывает Александр Викторович.
Как о невероятном везении вспоминает офицер о том, что за все время этих нескончаемых поездок в его колонне не было людских потерь. «Технику теряли, а людей, за что я благодарен судьбе, удалось сберечь. Хоть в этом и нет моей заслуги, ведь у солдат были свои командиры: ротный и взводные командиры из роты материального обеспечения. И даже за несколько недель до выхода, когда малой колонной из трех бензовозов без всякого сопровождения по два раза за день мотались между Тургунди и перевалом, хранило нас провидение», - вспоминает Александр Шагаров.

Последние месяцы были особенно напряженными. Вывод был спланирован так, что в числе первых отправили в Союз батальоны материального обеспечения, рем-баты. Но ОБМО - это, кроме всего прочего, техника подвоза. А ее-то как раз и убрали, в то время как боевая техника, которую надо ежедневно заправлять, осталась. И весь сумасшедший объем подвоза лег на плечи полковых подразделений.

Тактика малой колонны была выбрана не случайно. Во-первых, это позволяло значительно повысить скорость. Во-вторых, на базе в Тургунди выстраивались огромные очереди на получение топлива, и большой колонной пришлось бы становиться в хвост этой очереди. А так, по предварительной договоренности с местным начальником склада, три машины 101-го мотострелкового полка запускали через «запасные ворота», быстро заполняли, и можно было без задержки отправляться в обратный путь. На перевале стояло два полковых топливозаправщика - передвижная АЗС, куда переливали «горючку». А они уже заправляли технику на блокпостах, где стояли танки, бронетранспортеры полка и приданных ему подразделений, обеспечивавших безопасный вывод войск.

Ко всем прочим трудностям того периода сама природа чинила препятствия. Снегопады в горах были невообразимыми. Технику на перевале буквально заметало. Военторговский КамАЗ с десятитонным контейнером замело так, что даже крыши не было видно, что уж говорить о машинах «ростом» пониже. Инженерные БАТы, танки с навесным оборудованием не всегда справлялись с расчисткой. Техники скопилось, и всю ее надо было заправлять и дозаправлять.

Уходившие войска оставляли местным властям военные городки, технику и запасы горючего. К примеру, в 101-м полку была дизельная электростанция, обеспечивавшая электроэнергией потребности двух полков. За три месяца до вывода были приглашены афганские специалисты, которых обучили работе на оборудовании. Вместе с техникой оставили значительный запас дизельного топлива, который тоже был сделан силами полковых специалистов ГСМ.

Полковой военный городок под Гератом передали местным властям 11 февраля 1989 года. У начальника службы горючего полка старшего лейтенанта А.Шагарова не было даже возможности толком собраться. На считанные минуты забежал в свою комнату, захватил личные вещи. Потом была ночь на так называемой «площадке десятиминутной готовности». И путь по такому до боли знакомому маршруту, правда, в самый последний раз. А утречком 13 февраля 1989 года, после ночлега в Тургунди, колонна, украшенная знаменами, двинулась на север - домой.

http://old.old.rsva-ural.ru/


навигация

56 ОДШБр
СПЕЦНАЗ

Афганский фотоархив

Воспоминания, дневники

Карты Афганистана
Военная история
Техника и вооружение
Законы о ветеранах
Советы Юриста
Страница Психолога
Военно - патриотическая работа
Поиск однополчан
Гостевая книга
Ссылки
Контакты
Гимн СОО РСВА
Российский Союз ветеранов Афганистана
Победители - Солдаты Великой Войны
Таганский ряд
Музей ВДВ \
Автомат и гитара - стихи и песни из солдатских блокнотов
Ансамбль ВДВ России Голубые береты
СВЕРДЛОВСКАЯ ОБЛАСТНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ РОСТО (ДОСААФ).
 Комитет по делам воинов-интернационалистов при Совете глав правительств государств - участников Содружества.
Записки офицера спецназа ГРУ.


2006-
Warning: date(): It is not safe to rely on the system's timezone settings. You are *required* to use the date.timezone setting or the date_default_timezone_set() function. In case you used any of those methods and you are still getting this warning, you most likely misspelled the timezone identifier. We selected the timezone 'UTC' for now, but please set date.timezone to select your timezone. in /home/u64173/old.rsva-ural.ru/www/footer.inc.php on line 236
2019 (с) РСВА Свердловская область

Все права защищены, полное или частичное копирование материалов с сайта только с согласия владельца вопросы и предложения направляйте по адресу info@old.rsva-ural.ru
Разработка сайта
Дизайн студия D1.ru

Всего посетителей: 13912139